Tags: СССР

Stranoved

Могучим декретом вернуть землю народу!






"Почему в СССР нельзя было ни получить (купить) земли несколько гектаров, ни леса, ни озера, ни горы, ни производственного помещения для собственных прогулок и обучения собственных детей трудовым навыкам, ни просто самому построить здоровенный особняк, если ты не лауреат Ленинской или Сталинской премии?"    ctakan_divanych

Отвечаю. Потому, что земля, её недра, воды и леса, степи и горы, согласно ст. 6 Конституции СССР, были всенародным достоянием. Тогда и в голову никому не могло прийти отгородить шестиметровым забором только для себя общий берег реки, захватить водопой, ручей, озеро или морское побережье, присвоить себе лесные угодья, где отстреливать или штрафовать всех посторонних прохожих и путешественников. Данные всем от природы земли, недра, воды и природные угодья не могли быть предметом частного захвата, спекуляции, и жульничества. Любому человеку можно было гулять, где ему угодно с детьми, родителями и самостоятельно. Леса, поля, горы были свободно посещаемы всеми и повсеместно. Сбережение природы было общегосударственной заботой. Реализовывались грандиозные планы лесонасаждений, очистки водотоков, воспроизводства и преобразования природы.Collapse )
Изумительный опыт советского земельного устройства воспринимается сейчас многими молодыми людьми как фантастика. А ведь всё это было. И все это народ потерял. А может быть ещё земля ему и вернется, если народ поймет, что спекуляция и хищения земель, не является его выбором и не приносит добра никому.
Вперед к новым добрым декретам о земле, товарищи!

Stranoved

Сталинская ипотека на 12 лет под 1% годовых

Сталин не любил слово «ипотека» потому, что знал его греческий перевод: ὑπο – тянуть из θήκη – нутра. Поэтому он обеспечивал трудящимся жилье в натуральном виде. В основном бесплатно, но под условия освобождения жилья, когда в нем нет надобности, например при переезде на новое место жительство или в другое жилье. Тем не менее, для тех, кто хотел получить жилье в собственность, это право сохранялось в полной мере. Для этого государство напрямую давало ссуду гражданам, а не перечисляло денег, как сейчас, в частные руки жирных котов банкиров-ростовщиков, которые наваривают на них себе маржу, вздувая процент ипотеки для граждан. Сталин считал, что между государством и человеком не должно быть частных посредников. При Сталине не было понятия «государственные услуги» потому, что всё государство было собственностью трудящихся, и они сами принимали решения о распределении всех материальных благ. Для этого государство не нанимало иностранных банкиров и заморских адвокатов. Вот, например, Постановлением Совета Министров СССР от 25 августа 1946 г. «О повышении заработной платы и строительстве жилищ для рабочих и инженерно-технических работников предприятий и строек, расположенных на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке» была установлена зарплата на 20% больше, чем остальным. Повышенную зарплату получили 824000 рабочих и инженерно-технических работников, занятых на 727 предприятиях и стройках Урала, Сибири и Дальнего Востока. План жилищного строительства в этих районах на 1946 - 1947 гг. включал всего 60750 жилых домов общей площадью 4 миллиона 200 тысяч квадратных метров, в том числе: 50650 индивидуальных жилых домов; 10100 коммунальных жилых домов с количеством 55000 квартир. Примерно половину из этих государственных жилых домов было разрешено продать в собственность. Работник мог купить жилой дом двухкомнатный с кухней, деревянный рубленый по цене 8 тыс. руб. и каменный - 10 т. руб.; жилой дом трехкомнатный с кухней, деревянный рубленый - 10 т. руб. и каменный - 12 т. руб. Для предоставления гражданам возможности приобретения в собственность жилого дома Сталин обязал Центральный Коммунальный Банк выдавать ссуду в размере 8-10 т. руб. покупающим двухкомнатный жилой дом со сроком погашения в 10 лет и 10-12 т. руб. покупающим трехкомнатный жилой дом со сроком погашения в 12 лет с взиманием за пользование ссудой 1% (одного процента) в год. Министерство финансов СССР ассигновало на выдачу кредитов до 1 миллиарда рублей ежегодно.
Stranoved

Помни гад Сталинград!

Госдума наконец-то вспомнила о долгах Германии российскому народу. Вопрос о не выплаченных Германией репарациях за вторую мировую войну вполне естественно возник. Чтобы не переводить этот вопрос в пустую говорильню на тему о том, сколько конкретно недоплатили, нужно уже сейчас потребовать часть цены недоплаченных репараций. Например, € 600 млрд. Остальное можно будет взыскать позже по результатам анализа всех документов Чрезвычайной Государственной комиссии СССР по ущербам, послевоенных соглашений со странами, воевавшими на стороне Германии. В работу по взысканию репарационных долгов с Германии нужно вовлечь и другие страны, прежде всего республики бывшего СССР, Грецию, Иран, Китай и конечно же Израиль. Причем опыт Израиля нужно изучать особенно трепетно, ведь эта страна, не существовавшая во время войны, сумела получить с Германии € 60 млрд на жертв холокоста. А вот Россия ничего не получила за уничтожение гитлеровцами 20 миллионов советских граждан. Максимум, что покрыли немцы вывезенными в СССР ценностями – это 3-5% от общей цены нанесенного ими ущерба в € 3–4 трлн. Это несправедливо, особенно сейчас, когда Германия пытается разорить нашу страну незаконными экономическими санкциями и всячески поддерживает возрождение нацизма на украинской территории, вопреки решениям Нюрнбергского трибунала и Потсдамским соглашениям 1945 года.
Stranoved

Непреступный Сталин

Некоторые почему-то любят называть Сталина преступником, и если спросить, почему его так называют, то выяснится, что они не догадываются, что без приговора суда никого нельзя называть преступником. Упрямцы возразят, что, мол, был XX съезд КПСС, на котором Сталин был осужден.
Однако можно ли считать тот партийный съезд судом?
Конечно нельзя. Во-первых, партийный съезд – это не суд, по определению, действовавшая на тот момент сталинская конституция не давала съездам вообще никакого правового статуса. Во-вторых, на ХХ съезде никто никого не судил. В последний день работы съезда 25 февраля 1956 г., состоялось закрытое заседание для ограниченного круга делегатов, на котором первый секретарь ЦК Н.С.Хрущев выступил с секретным докладом «О культе личности и его последствиях». Доклад был опубликован в СССР только через 33 года – в 1989 году. [1] Естественно, никакой судебной процедуры эта полит-читка не предполагала, никаких процессуальных гарантий, никаких оценок доказательств и доводов, состязательности сторон не содержала. Просто один из соратников Сталина т. Хрущев исподтишка, по секрету решил оболгать своего великого предшественника в надежде утвердиться на месте вождя мирового коммунизма.
Эта выходка произвела совершенно противоположный эффект, обернулась большой трагедией для всего мирового коммунистического движения и нанесла тяжелейший политико-идеологический удар по авторитету Советского Союза. Перебирая архивы тех событий, складывается впечатление, что вся антисоветская олигополия только и ждала этого момента, чтобы рассорить между собой руководство компартий разных стран, чтобы разжечь в партиях внутренние распри и раздоры, чтобы разделить монолитное пролетарское единство на местечковые ячейки «национального коммунизма». Ведь сталинская «идеология, как цементирующая система убеждений» была реальным фактором власти[2].
До 1956 г. никто никогда не ставил под сомнение лидерство СССР в международном коммунистическом движении. Выступление Хрущева породило ситуацию, когда во всех коммунистических странах и партиях перестали уважать Советский Союз. Многие, до этого момента вполне искренние коммунисты открыто поставили под сомнение идеи коммунизма – они просто утратили веру в искренность коммунистических вождей и в правильность коммунистического миропонимания. Низвержение Сталина, олицетворявшего собой коммунистическую идею, выбило почву из-под ног тех, кто положительно относился к СССР и коммунизму[3].
Завершая свое выступление на закрытом заседании съезда, Хрущев сказал: «Мы должны со всей серьезностью отнестись к вопросу о культе личности. Этот вопрос мы не можем вынести за пределы партии, а тем более в печать. Именно поэтому мы докладываем его на закрытом заседании съезда. Надо знать меру, не питать врагов, не обнажать перед ними наших язв». В результате именно это и произошло – первой костью, которая была брошена на съедение антисоветским псам, стал именно этот хрущевский секретный доклад.
Доклад не был и не мог быть судебным вердиктом еще и потому, что весь от начала до конца он был секретным. И это тоже была феерическая глупость Хрущева. Как можно было рассчитывать на сохранение секретности, если доклад был оглашен публично, и его текст гулял по рукам неопределенного круга лиц. Официально он был разослан лидерам всех социалистических стран и секретарям Французской и Итальянской компартий на второй день после произнесения – 27 февраля[4]. Однако в действительности, текст был вброшен заранее, например, по воспоминаниям первого секретаря Венгерской партии трудящихся М.Ракоши, текст доклада был привезен ему 26 февраля[5]. Руководитель китайской делегации Чжу Дэ знал о содержании доклада как минимум за несколько дней до съезда[6]. Подписку о неразглашении доклада до его произнесения давал итальянец П.Тольятти[7]. Немец, секретарь СЕПГ В.Ульбрихт, слывший бóльшим сталинистом, чем сам Сталин, разгласил содержание доклада сразу по возвращении со съезда. Он опубликовал статью, в которой разъяснил немецким коммунистам, что теперь «Сталина нельзя относить к классикам марксизма»[8]. Этого ему потом долго не могли простить товарищи в обеих частях Германии.
Просочившаяся информация всколыхнула сторонников социализма по всему миру. В КПСС повалили запросы с просьбой разъяснить ситуацию. Но хрущевское руководство тупо молчало и лишь давало указания обеспечивать режим секретности. В результате 17 марта искаженные сообщения о закрытом заседании на XX съезде КПСС были опубликованы в буржуазных Рейтер, Ассошиэйтед Пресс, Юнайтед Пресс и др. Коммунисты из всех уголков планеты требовали от КПСС объяснений. Никому и в голову не могло прийти, что был какой-то суд над Сталиным. Более того, хрущевское окружение столкнулось с резким неприятием любых антисталинских заявлений. Возникли массовые акции протеста. Даже в оккупированной Германии стали демонстративно вывешивать портреты Сталина, украшенные цветами. 22 марта руководитель компартии Норвегии Э.Левлиена, направил в ЦК КПСС, запрос о том, почему из Москвы нет никакой реакции на сообщения, циркулирующие в западной прессе, «по поводу происшедшего»[9]. Шведские коммунисты в газете «Ню Даг» прямо обвинили Хрущева в том, что, он скрывает информацию от иностранных товарищей, «щедро делится ею с буржуазными журналистами, которые используют ее для распространения домыслов и небылиц»[10].Collapse )
В последующем ЦК КПСС пришлось немало потрудиться, чтобы ликвидировать ущерб от «секретного» доклада. Для борьбы с «происками реакции» были задействованы все организационные, идеологические, финансовые и военные усилия. Расхлебывать пришлось десятилетия, чтобы «здоровые социалистические силы компартий овладели положением» и дали решительный отпор тем, кто «пытался клеветать на партию и вести дело к подрыву единства коммунистов»[1]. Пришлось даже согласиться, что в отдельных компартиях «культ личности» не только приемлем, но и очень даже полезен, когда речь идет о таких национальных коммунистических лидерах, как Мао Цзэдун, Ким Ир Сен, Чжоу Эньлай, В.Ульбрихт, Э.Ходжа, М.Торез, П.Тольятти, Д.Ибарури[21].
В последствии, Хрущев неоднократно официально дезавуировал свой доклад, расточая похвалы Сталину, которого он ни в коем случае не считал преступником. Уже на июльском Пленуме в 1957 г. сталинский министр В.М.Молотов с откровенным сарказмом припомнил Хрущеву его резкое вразумление, что тот вдруг стал «расписываться, что Сталин - это такой коммунист, дай Бог каждому»[22]. Потом Хрущев окончательно прозрел, «Мы нашего Сталина в обиду не дадим…», говаривал он. Оценивая работу своих подчиненных из ЦК, он вдруг совершенно нелицеприятно им заявлял: «Вы все не стоите сталинского го*на…». На встрече Нового 1957 года в присутствии дипломатического корпуса, собравшегося в Георгиевском зале Кремля там же, где и был сделан «секретный» доклад, Хрущев поднял бокал в честь И.В.Сталина, а потом на приеме в китайском посольстве объявил, что «имя Сталина неотделимо от марксизма-ленинизма»[23].
Таким образом, главный обвинитель на съезде – «суде» против Сталина отказался от обвинения, которого фактически и не было. А значит, Сталин не преступник. Преступниками являются в основном те, кто его так называет в нарушение конституции и здравого смысла.

[1] О культе личности и его последствиях: доклад первого секретаря ЦК КПСС Хрущева H.C. XX съезду КПСС // Известия ЦК КПСС. 1989. № 3. С. 128-170.
[2] Brzezinski Z. Ideology and Power in Soviet Politics. London. 1962. P. 88.
[3] См.: Setton-Watson H. East-European Revolution. New York. 1956; Rotschild J. The Communist Party of Bulgaria. New York. 1959; Gasteyger C. Die feindlichen Bruder. Bern. 1960; Taborsky E. Communism in Czechoslovakia. 1948-1960. Princeton, N.J. 1961.
[4] Российский государственный архив новейшей истории (РГАНИ). Ф. 1. Оп. 2. Д. 18. Л. 116.
[5] Советский Союз и венгерский кризис 1956 года. Документы. М. 1998. С. 50.
[6] РГАНИ. Д. 381. Л. 95-96.
[7] Бокка Дж. Пальмиро Тольятти. М.: Изд-во “Прогресс”. 1974. С. 502
[8] РГАНИ. Ф. 5. Оп. 28. Д. 422. Л. 17.
[9] Там же. Д.381. Л. 95-96.
[10] Там же. Л. 96.
[11] Там же. Ф. 3. Оп. 14. Д. 12. Л. 71, 118.
[12] Там же. Ф. 5. Оп. 28. Д. 435. Л. 100.
[13] Там же. Д. 381. Л. 74-75.
[14] Там же. Л. 81-82.
[15] Там же. Д. 396. Л. 109.
[16] См.: Советский Союз и венгерский кризис 1956 года. Документы. М. 1998.
[17] Мао Цзэдун. О десяти важнейших взаимоотношениях (25 апреля 1956 г.) // Избранные произведения. Пекин. 1977 (на русск. яз.). С. 339-340.
[18] РГАНИ. Ф. 5. Оп. 28. Д. 403. Л. 86.
[19] Там же. Ф. 2. Oп. 1. Д. 188. Л. 4-30.
[20] Там же. Ф.3. Оп.14. Д.35. Л.4.
[21] Там же. Ф. 5. Оп. 28. Д. 415. Л. 165.
[22] Там же. Ф. 2. Oп. 1. Д. 239. Л. 27.
[23] Правда. 1957, 19 января.
Stranoved

Сталиным не надо пугать

Есть люди, которые почему-то до сих пор боятся Сталина. Если спросить их, а почему собственно сейчас вы его боитесь, то они сразу не ответят, просто завизжат, что, мол, он был убийца и всех всегда убивал. Если поинтересоваться у них, а кого конкретно он собственноручно убил, то они еще сильнее завизжат истошно и станут гадко на вас браниться, наверное, потому что у них нет никаких доказательств того, как Сталин кого-то лично убивал или приказывал убить. Потом они найдут на каком-нибудь сайте заокеанских правозащитников фотокопии якобы «расстрельных списков» и с торжествующим видом победителей сталинизма уйдут, страшно гордые собой. А нам ничего не останется, как вчитаться в эти самые списки. Вчитавшись, мы и обнаружим, что Сталин-то как раз ни в чем не виноват.
В архивах действительно сохранилось 383 списка на 44,5 тыс. арестованных. На некоторых документах, препровождавших эти списки, действительно есть подпись Сталина. Но эта подпись совсем не означала – расстрелять, потому что хочу. Смысл ее совсем в другом, в совершенно противоположном. Для того, чтобы понять этот смысл, нужно просто вспомнить конституционную историю СССР и просто понять, что и при советской власти у страны была своя правовая система, которую, кстати, признавало все прогрессивное и демократичное человечество. Вся государственная власть по конституции СССР принадлежала трудящимся города и деревни, руководимым рабочим классом. Государственная власть осуществлялась Советами, которые являлись прямым выражением диктатуры рабочего класса. В СССР не было буржуазного «разделения властей». Существовал юридический принцип единства законодательной и исполнительной власти, причем полномочия по изданию законов принадлежали исключительно коллективному органу - сначала съезду Советов СССР, а потом Верховному Совету СССР. Конституционным главой государства считался тогда не один человек, как сейчас, а целый коллегиальный орган – сначала ЦИК СССР, а потом Президиум Верховного Совета. Сталин вообще никогда не был главой государства. Он был одним из членов коллегии, которая являлась главой государства. До 1936 г. «главой государства» был Президиум ЦИК СССР, число председателей которого было 4, затем 6, потом 7 человек в т.ч. Сталин.
Сталин никогда не был ни царем, ни тираном, ни олигархом. И естественно, он не был глупцом, который бы требовал представить ему на утверждение «расстрельные списки» людей, которые ему лично не нравились. Он был коммунистом, коллективистом и считал, что «в СССР не должно быть единоличного президента, избираемого всем населением, наравне с Верховным Советом, и могущего противопоставлять себя Верховному Совету. Президент в СССР коллегиальный, - это Президиум Верховного Совета, включая и председателя Президиума Верховного Совета, избираемый не всем населением, а Верховным Советом, и подотчетный Верховному Совету… такое построение верховных органов является наиболее демократическим, гарантирующим страну от нежелательных случайностей» [Сталин, Вопросы Ленинизма, изд. 11-е, стр. 531]. Коллегиальный глава государства «наблюдал за проведением в жизнь Конституции СССР и исполнением всех законов и имел право приостанавливать и отменять постановления всех нижестоящих органов государства», включая и судебные.
Смысл того, почему на стол главы советского государства попадали списки уголовников, заключается в том, что этот глава имел конституционное право наблюдать за системой правосудия. Как и главы других стран, советский глава был вправе контролировать судебную систему и получать доклады о делах, по которым предусмотрена «высшая мера социальной защиты» - расстрел. А самое важное, как глава государства он был вправе осуществлять акты помилования. Именно поэтому на стол Сталину из правоохранительной системы и попадали соответствующие списки.
Возьмем конкретный документ и читаем его по буковкам: "...передать Военной Коллегии Верховного Суда СССР..." Заметьте, с заглавных именуется. Военная Коллегия – это самый высший орган судебной власти. В её деятельность ни ЦИК ни ЦК не вмешивались. Но был порядок, по делам особой важности информировать главу государства. Глава государства был тогда не единоличный, а коллегиальный, поэтому на документах с прилагаемыми списками расписывался не только Сталин, но и Молотов, Л.М.Каганович, К.Е.Ворошилов, А.А.Жданов, А.И.Микоян, Н.И.Ежов, С.В.Косиор и др. Получив этот документ у главы государства было два варианта действий, согласиться с мнением судебной власти (по докладу Министра ВД) или использовать свое ПРАВО ПОМИЛОВАНИЯ! Вот это имелось в виду, когда Ежов просил «санкции» - т.е. согласия ПРЕДАТЬ СУДУ да, по «первой» (особой) категории дел. Такой вид информирования по особо важным делам существует во всех странах и ПРАВО ПОМИЛОВАНИЯ ЕСТЬ ВЕЗДЕ!
Причем «вышку» Верховный Суд СССР применял далеко не во всех случаях. Нет никаких оснований упрекать Сталина в том, что от него лично, без участия правоохранительной системы исходило указание о репрессиях. Да, на докладах министров, в которых были описаны преступления врагов советской власти, он писал «ЗА»! Но это не означало внесудебного их расстрела, а значило только его согласие на то, что если так сочтет суд, то расстрелять. Не существует документа, где Сталин от себя лично давал указание – расстрелять или посадить кого-либо без суда по его хотению. Кроме того, помимо смысла каждый из "инкриминируемых" Сталину документов имел свое предназначение.
Каждый документ под грифом "с.секр." имел своего исполнителя и адресатов. И как видим, он не был адресован ни судьям, ни прокурорам, ни исполнителям приговора. Это конфиденциальная переписка министра с его руководителем, не подлежащая оглашению никому помимо адресатов (ЦИК) узкого круга лиц, которые контролируют работу по борьбе с преступностью. Это своего рода документ особой отчетности, не имеющий, как говорят юристы, никакого преюдициального, а тем более процессуального значения. Его предназначение исключительно информативное - уведомить о проделанной работе и получить санкцию на продолжение правоохранительной работы в случае, если глава государства не находит оснований для помилования. Таким образом, это никакие не расстрельные списки. Это секретные документы войны с преступностью. Именно таков их смысл и предназначение.
Сталина не нужно бояться, потому что он не несет ответственность за репрессии. Наоборот он прекратил их. Если бы не он, то репрессии были бы во много раз больше. Репрессии есть всегда и везде. Так вот смысл в том, что высшая судебная инстанция ЦИК и ВКП(б) получает доклад министра - главного ответственного правоохранителя в стране, который говорит - считаю нужным арестовать и судить по категориям выявленных преступников. Причем не огульно, а дозировано - по "лимиту". Что делать? Инстанция отвечает: считаешь - арестовывай и предай суду "по категориям". Что поделать, диктатура пролетариата и Конституция обязывает бороться врагами народа. По Конституции СССР «враги народа… переход на сторону врага, нанесение ущерба военной мощи государства, шпионаж - караются по всей строгости закона, как самое тяжкое злодеяние» (ст. 131-133). Таковы были исходные положения советского уголовного права.
Невозможно осуждать Сталина по меркам нынешних понятий о гуманизме и правах человека. Кстати, у СССР тогда не было никаких обязательств в отношении запрета или ограничения смертной казни и право на жизнь в Конституции СССР не было. В те же 30-е годы, например, демократический Черчилль миллионами уничтожал своих верноподданных англичан, он лично написал закон о стерилизации (кастрации) сотен тысяч ирландцев. И ничего – такое время – Европейской конвенции по правам человека еще не было, и еще СССР не продиктовал всему миру Всеобщую декларацию прав человека 1948 г.
Репрессии придумал не Сталин, их вызвали белый террор и классовая борьба внешних и внутренних врагов Советской власти. Сталин остановил репрессии. Именно Сталин 17 ноября 1938 г. сказал: "Работники НКВД настолько отвыкли от кропотливой, систематической агентурно-осведомительной работы и так вошли во вкус упрощенного порядка производства дел, что до самого последнего времени возбуждают вопросы о предоставлении им так называемых "лимитов" для проведения массовых арестов... Запретить органам НКВД и Прокуратуры производство каких-либо массовых операций по арестам и выселению. В соответствии со статьей 127 Конституции СССР аресты производить только по постановлению суда или с санкции прокурора... Ликвидировать судебные тройки, созданные в порядке особых приказов НКВД СССР, а также тройки при областных, краевых и республиканских управлениях РК милиции". Именно Сталин в 1947 году отменил смертную казнь.
Так что, не надо никого пугать Сталиным.
Сталина могут бояться только трусы и враги народа.
Stranoved

Путча не было!

СССР развалили сознательно. Не в том дело, что СССР был неидеален, просто верх над идеалом взяли людские страстишки, жажда наживы и прочие грешки человечков. «Горячую войну» отключили на время и подменили её «холодной». На «холодных» театрах войны было легче отключить боевой потенциал СССР. Достаточно было заразить советское общество любовью к импорту и ширпотребу, нарушить научное планирование экономики, снять барьер между безналичным и наличным денежным обращением, пустить богатства страны в прорву гонки вооружений и бесплатной интернациональной помощи, разрешить водочные, табачные и прочие дефициты. Потом уж прохвостам было легко подписывать полную и безоговорочную капитуляцию от имени социализма. А главное – надо было просто разрешить врать и воровать. Ведь капитализм не надо строить, его достаточно разрешить...
Stranoved

Тоталитаризма в СССР не было

Вот если вдруг кто-то скажет, что в СССР был тоталитаризм, то его надо сразу-же спросить: а что такое тоталитаризм. Естественно сразу вам этого никто не ответит, а чуть позже может и ответят, прочитав в интернете про то, что тоталитаризм – это политический режим, стремящийся к контролю над обществом. Но в СССР не было никакого тоталитаризма потому, что там совсем не было политического режима, а была подлинная демократия, политическая система которая обеспечивала эффективное управление всеми общественными делами, активное участие трудящихся в государственной жизни, сочетание реальных прав и свобод граждан с их обязанностями и ответственностью перед обществом. Какой же это тоталитаризм? Не было его в СССР никогда. И вообще как он мог быть, если никто не знает что это такое и что он ничем не запрещен. А если кто-то и скажет, что только он знает что такое тоталитаризм, то с какой стати мы все должны ему верить?
Так что, милые мои, не было в СССР никакого тоталитаризма!